Франко яростно сжал кулаки:

— Выходи оттуда! Кто бы ты ни был — выходи!

Уаб махнул хвостом и неожиданно икнул.

— Прошу прощения, — пробормотал он.

— Не думаю, что внутри кто-то есть, — тихо сказал Джонс. Люди переглянулись.

В помещение вошел кок.

— Звали, капитан… Что это за тварь?

— Это уаб, — сказал Френч. — Он предназначен в пищу. Надо прикинуть…

— По-моему, назрела необходимость объясниться, — перебил уаб. — Вероятно, нам следует поговорить, капитан. Я вижу, что мы с вами расходимся во взглядах на некоторые основополагающие вопросы.

Капитан долго не отвечал. Уаб благодушно ждал, облизываясь.

— Прошу ко мне в каюту, — наконец промолвил капитан. Он повернулся и вышел из комнаты; уаб поднялся и прошлепал за ним. Члены экипажа ошалело смотрели им вслед.

— Интересно, чем это кончится, — сказал кок. — Ну ладно, я буду на камбузе. Дайте мне знать.

— Разумеется, — отозвался Джонс. — Разумеется.

***

Уаб со вздохом уселся в углу.

— Вы должны простить меня. Боюсь, что я излишне склонен к комфорту. С таким большим телом…

Капитан нетерпеливо кивнул, сел за стол и сложил руки на груди.

— Хорошо, — сказал он. — Давайте начнем. Итак, вы — уаб, не так ли?

Уаб повел плечами.

— Наверное. По крайней мере так нас называют аборигены.

— И вы говорите по-английски? Вы и прежде общались с землянами?

— Нет.

— Тогда каким образом…

— …я говорю по-английски? Нельзя сказать, что я отдаю себе в этом отчет. Я изучил ваш мозг…

— Мой мозг?

— Его содержимое, особенно семантический склад, если позволите так выразиться…

— Понимаю, — пробормотал капитан. — Телепатия. Конечно.

— Наш народ очень древний. Очень древний и очень тяжеловесный. Нам трудно передвигаться. Вы, очевидно, понимаете, что существа столь медлительные и неповоротливые полностью находятся во власти более проворных и решительных. У нас нет никаких средств защиты. Слишком неуклюжие для бега, слишком пассивные для драки, слишком добродушные, чтобы охотиться на других…